Отсутствие лояльности

Тактика эта была придумана, по видимому, Гольштейном. Но и из этого ничего не вышло. Солсбери дал понять Гатцфельду, что непосредственные переговоры с Чемберленом он будет рассматривать «как отсутствие лояльности».  Впрочем, и предлагаемые переговоры с Чемберленом уже не имели радужных перспектив. «На ваш вопрос,— писал Гатцфельд своему патрону Гольштейну,— думаю ли я, что через Чемберлена можно достигнуть большего, я с полным правом должен ответить отрицательно. Если бы,— продолжал Гатцфельд,— я мог ему предложить политическое соглашение, направленное против России, он безусловно сделал бы мне значительные колониальные уступки, но без; этого, по моему убеждению, он этого, конечно, не сделает».  Но так: как германское правительство не подавало никаких признаков подлинной готовности принять план Чемберлена и итти на соглашение о союзе против России, то в результате между Чемберленом и Солсбери, при всей значительности их разногласий, была полная общность в одном,, весьма немаловажном пункте, а именно — в решении по возможное™ ничею немцам не давать. Это полностью выражало точку зрения самых широких кругов британской империалистской буржуазии. «Здешней публике, включая Солсбери и Чемберлена, ненавистна мысль предоставить нам жирный кусок»,— сокрушался Гатцфельд в письме к Гольштейну.


Comments are closed.