Военно-морской политик

С защитой своей программы выступил Гольман. Но он не решился представить ее как начало нового этапа германской военно-морской политики. Наоборот, он пытался стыдливо прикрыть ее старой программой, утвержденной рейхстагом вскоре после создания германской империи, в 1873 г. Ему на помощь поспешил Гогенлоэ, который заявил, что значительное увеличение расходов на флот является необходимостью, вызванной увеличением германской внешней торговли и изменившимся положением Германии среди держав. «Noblesse oblige» («Положение обязывает»),— рыцарски пояснил рейхстагу старый канцлер. Он сказал также, что флот должен усилить влияние Германии на весах мировой политики. Эти его слова вызвали бурю восторга как со стороны национал-либералов, так и на скамьях консервативной партии, которая все более проникалась интересами империалистской политики.

И он доказывал, что германские купцы, судовладельцы, экспортеры, колонисты и колонизаторы «расставляют фигуры на большой шахматной доске мира и ожидают, что мы их защитим и используем». Разумеется, он ни единым словом не упомянул о том, что число колонистов, которых Германия выбрасывала в заморские страны, с каждым годом уменьшалось. Он обошел молчанием и то, что внешняя торговля Германии преуспевала и при отсутствии крупного флота. Левобуржуазная оппозиция настойчиво напоминала об этом, но и она оказалась не в состоянии разоблачить роль капиталистических монополий и финансового капитала как главных вдохновителей правительственной программы военно-морского строительства.


Comments are closed.